October 17th, 2011

портрет Серебряковой

70 лет назад. Эвакуация из Москвы.

Оригинал взят у futuristt в 70 лет назад. Эвакуация из Москвы.
Когда я читал "Живые и мертвые" Константина Симонова, мне в память сильно врезалось описание эвакуации из Москвы 16 октября....

"...Потом, когда все это осталось в прошлом и когда кто-нибудь в его присутствии с ядом и горечью заговаривал о 16 октября, Синцов упорно молчал: ему было невыносимо вспоминать Москву этого дня, как бывает невыносимо видеть дорогое тебе лицо, искаженное страхом.
Конечно, не только перед Москвой, где в этот день дрались и умирали войска, но и в самой Москве было достаточно людей, делавших все, что было в их силах, чтобы не сдать ее. И именно поэтому она и не была сдана. Но положение на фронте под Москвой и впрямь, казалось, складывалось самым роковым образом за всю войну, и многие в Москве в этот день были в отчаянии готовы поверить, что завтра в нее войдут немцы.
Как всегда в такие трагические минуты, твердая вера и незаметная работа первых еще не была для всех очевидна, еще только обещала принести свои плоды, а растерянность, и горе, и ужас, и отчаяние вторых били в глаза..."


Однажды я приехал с камерой к своей бабушке и попросил вспомнить тот день. Вот её рассказ:

О Наталье Александровне Щербаковой:
Родилась в 1923 году. После войны работала в наркоматах и совнархозах РСФСР.

  ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------ Спасибо Вам за это интервью.Я слушала Вашу мудрую бабушку и вспоминала свою маму: как люди этого поколения во многом похожи друг на друга. Я теперь жалею, что у своих родителей не взяла интервью. Мой отец ушёл из Москвы на фронт в 18 лет в 1941 и прошёл всю войну. Моя мама из Москвы не эвакуировалась, она закончила школу в военное время и поступила в институт. Я её в детстве спрашивала:"Боялись,что немцы Москву захватят?", а она говорила, что никто ни минуты не сомневался, что Москву не сдадут. Во время воздушных тревог они всей семьёй отправлялись в метро на станцию "Площадь Революции", всегда наготове были одеяла и тёплая одежда. Мама рассказывала,что женщин с детьми дежурные устраивали на платформах, а взрослые размещались прямо на путях по ходу рельсов. Давка во вход в метро только первый день была, а потом всё было хорошо организовано, и к воздушным тревогам относились спокойно, как - то привыкли. Я когда "Площадь Революции" проезжаю в метро, всегда думаю:"Здесь ведь спали во время войны моя бабушка и мама. А тётка моя (мамина старшая сестра) была в отряде, который дежурил на крышах и обезвреживал зажигательные бомбы, чтобы пожаров не было. Тётку даже наградили, а было ей тогда 19 лет. Мамин отец ( мой дед), работал на укреплении оборонной линии Москвы, простудился и умер потом от воспаления лёгких. Такие, как он, не были героями, они были простыми советскими людьми, москвичами.